Свекровь сделала всё, чтобы разлучить сына с невесткой, но оказалась бессильной перед настоящим чувством

Эта история произошла в конце 70-х годов прошлого столетия. Когда еще не было интернета и сотовых телефонов, когда служба в вооруженных силах считалось почетным долгом и длилась два года, когда молодежь еще слушалась своих мам и пап, пусть даже не всегда они были правы …

*** Часть первая ***

Максим и Виктория дружили два года, но мужем и женой стали за неделю до отправления Макса в армию.

Виктория еще училась на четвертом курсе педучилища, а Максим после окончания техникума решил пойти служить в армию. Он хотел испытать себя на «слабо». Доказать самому себе – мужик он или этот … откосивший уклонист.

Максим узнал, что Вика беременна, слишком поздно, после того, как побывал в военкомате.

Наверное, Максу надо было остаться на гражданке и дождаться рождение ребенка, но всё уже было решено – на руках выпускника была повестка.

– Ты уедешь в армию и забудешь меня, а вернешься – найдешь себе другую. Да? – спрашивала Вика, тревожно глядя в глаза любимого.

– Такого никогда не будет, – отвечал Максим, нежно прижимая Вику к себе и целуя её в краешки глаз, где начинали проступать слезинки. – Не будет. Я люблю тебя.

И Максим нашел выход из положения, он не бросил Викторию, а повёл её в ЗАГС. После ЗАГСа они сразу поехали домой к Максу.

Год назад Вика уже была у Макса. Тогда он познакомил её со своей мамой – Аллой Викентьевной.

Вика хорошо запомнила тот день. Она сразу поняла, что Алле Викентьевне не понравился

выбор её сына. Точно знала это и понимала почему.

Мало какой маме понравится, когда её сын называет своей любимой девушку, которая рождена от людей, лишенных родительских прав, и воспитывалась в детском доме.

Алла Викентьевна, как только узнала об этом, сразу всем видом показала, что Вика ей не интересна. Предложив из вежливости чаю, она поставила чайник на газовую плиту, а потом вдруг вспомнила, что ей куда-то срочно надо уйти, спешно засобиралась и ушла. Чай в тот вечер они с Максом пили вдвоем, Алла Викентьевна так и не появилась …

Теперь Вика ехала в дом своего любимого второй раз в жизни. Максим успокаивал девушку, просил не волноваться.

– Теперь ты моя жена. А жена должна жить в доме своего мужа, – говорил Макс. – А на маму не обращай внимания. Ты не одна. В тебе её внук. Она будет беречь его, а значит – быть с тобой вежливой и заботливой. С сегодняшнего дня мы одна семья – и я, и ты, и наш маленький, и мама. Поняла?

– Поняла, – сказала в ответ Вика. – Но я все равно боюсь твою маму.

Войдя в квартиру, Максим огорошил Аллу Викентьевну новостью:

– Мама мы с Викторией только что поженились. Она беременна. Поздравляю тебя, через восемь месяцев ты будешь бабушкой! И еще – Вика будет жить у нас. Я уйду в армию, а Вика будет жить в моей комнате. В общежитии беременной жить нельзя. Ладно?

Не дожидаясь ответа, Макс повел супругу в свою комнату.

– Спасибо, сынок, что от тебя такую новость узнала, а не от соседей, – сказала Алла Викентьевна. – А эта … Жена твоя … Пусть живет. Теперь не чужая, тем более, что ты в армию собрался.

Проводив Максима в армию, невестка и свекровь стали жить под одной крышей. Вика с утра уходила в училище, Алла Викентьевна – на работу. Общения между женщинами почти не было. Алла Викентьевна не простила Вику за, как ей казалось, обманутого сына, которого та обвела вокруг пальца, как простофилю, и женила на себе. А Вика не напрашивалась на дружбу и любовь со стороны свекрови. Она ждала возвращения из армии любимого и старалась жить тихо, как мышка. Через восемь месяцев Виктория стала мамой, а Алла Викентьевна бабушкой – на свет появился Валечка.

А ещё чрез четыре месяца Алла Викентьевна поймала ненавистную невестку с любовником. Невзначай приехала с работы и застукала. Разговор свекрови с испуганной невесткой был коротким:

– Значит, слушай меня внимательно, потаскушка детдомовская. Максиму не скажешь ни слова. Я сама вас и разведу, и всё остальное сделаю. К завтрашнему дню напишешь заявление на развод и отказ от сына. И чтобы я тебя здесь больше не видела никогда! И чтобы к сыну моему и внуку ты на пушечный выстрел не подходила! Запомнила, негодница?

Через две недели после этого разговора Валечка стал жить в папиной комнате с приехавшей из деревни прабабушкой, а его мама Вика из квартиры ушла.

*** Часть вторая ***

Максим с Валентином отдыхали. Только, что искупались и собирались уходить с моря – наступал жаркий полдень.

– А вечером в парк пойдем? – спросил Валя.

– Конечно, сынок, у тебя же каникулы. Отдыхаем! – весело подмигнул Максим сынишке.

– Ура! – завопил обрадованный Валентин.

Вечером были в парке. Катались на карусели, поднимались на колесе обозрения в ясное южное небо.

Потом зашли в кафешку перекусить.

За столиком напротив сидела молодая мама и маленькая девочка.

Максим пил сок и невольно смотрел на женщину с девочкой. Женщина сняла солнцезащитные очки и посмотрела на Макса. Глаза их встретились.

– Виктория? – невольно вырвалось из уст Макса.

Она тоже узнала его. Опустила глаза, что-то сказала девочке. Они встали из-за стола и заторопились к выходу.

Они были уже в дверях, когда Максим, поднявшись со стула, быстро сказал сыну:

– Валёк, ты посиди минутку, я сейчас.

И почти побежал к дверям кафе …

Они встретились около гостиницы, в которой она остановилась.

– Это Валечка с тобой? – спросила Виктория. – С кем он сейчас? Ты одного его оставил?

– Да. Это сын. Он не один. Мы остановились у друзей.

– Он взрослый. Я не видела его семь лет …

– Вика, прости меня, я понимаю, что тебе хочется говорить о сыне, но, пожалуйста, давай сначала объяснимся. Сначала о другом. Расскажи всё, чего я не знаю. Объясни, почему ты ушла. Так ушла …

– Ты прав. Я расскажу, хотя мне будет очень трудно это сделать.

– Лето было жаркое. Валечка, как назло, в тот день капризничал. Часто плакал. Я испугалась, подумала, что он заболел. Позвонила и вызвала неотложку. Приехал врач. Осмотрел Валечку, сказал, что ничего страшного нет, просто у ребенка начинают резаться первые зубки. Сказал, что когда они режутся, дети всегда капризничают. Это нормально. Выписал лекарства и собирался уходить. Попросил у меня разрешения умыться. Сказал, что очень тяжело переносит жаркую погоду, хочет умыться холодной водой. Я разрешила. Он снял халат и прошел в ванную. И вдруг мама твоя заходит в квартиру. А врач – из ванной.

 

Мама твоя на меня смотрит и на доктора тоже, а потом говорит: «Что, уже подмываетесь? Сделали свое дело?»

Я не поняла сначала, думала она шутит. Говорю ей: «Да вы что, Алла Викентьевна, с ума сошли? Это же детский доктор. Валечка заболел». Она слушать мня не хочет, продолжает: «Знаю я вас, потаскух детдомовских. Знаю, как Валечка заболел. Пока муж в армии служит, ты с хахалем забавляешься».

Доктор сообразил в чем дело, тоже начал твою маму успокаивать. «Прекратите, – говорит, – чушь нести. Я по вызову здесь, я врач». А Алла Викентьевна ему в ответ: «Знаю я, какой ты врач. Знаю, по каким ты вызовам ходишь, какую помощь оказываешь. Я сейчас милицию вызову!» Доктор, видимо, понял, что доказывать что-то бесполезно. Взял саквояжик свой и вышел из квартиры.

Вот так я и стала изменщицей в глазах твоей мамы. Ты, наверное, другое слышал от неё. Она, наверное, тебе рассказала, что прямо в постели застала меня с любовником. Да? Не веришь мне?

– Не очень убедительно, если честно, – промолвил Максим. – Мама по-другому рассказывала … Хотя, она могла приукрасить, я допускаю это. Я знаю, что ты ей никогда не нравилась. Но как ты могла сына оставить? Почему Валю не забрала с собой?

– Я ничего не соображала тогда. Она меня просто запугала. Сказала, что у неё все судьи и опека знакомые. Что ей поверят, а не мне. Сказала, что Валечку без меня вырастит. А мне лучше без скандала уйти, иначе еще хуже будет. И про тебя сказала, что ты ей поверишь, а не мне …

Максим молчал. Потом, как будто что-то вспомнил и сказал:

– Я, наверное, мог не пойти в армию, мог попросить отсрочку до рождения ребенка. Но мама, настояла. Говорила, что нужно отслужить. А после того, как узнала, что ты ждешь ребенка, еще сильнее уговаривала. Мне кажется сейчас, что она делала это целенаправленно. Она уже тогда задумала разлучить нас. Ей проще было сделать это в моё отсутствие. Послушай, Вика, ты помнишь фамилию того доктора?

– Да. Помню.

– И еще, я хотел спросить … Ты замужем? Это твоя девочка?

– Нет, я не замужем. Мы с подругой здесь отдыхаем. Это её дочка Леночка …

Виктория с приятельницей и её дочкой улетели домой через день. Через неделю и Максим с Валей вернулись домой.

*** Часть третья ***

Найти в городе доктора Куранова оказалось не так-то сложно. Макс нашел его за один день. Доктор уже не ездил на вызовы, он возглавлял педиатрическое отделение областной поликлиники. Максим попросил врача о встрече. Они встретились.

– Да, Максим Георгиевич, я помню ту историю, – ответил Куранов. – Курьезный случай. Меня до этого случая еще никто не принимал за любовника. Конечно, я сам виноват – не нужно было ходить умываться. Но, честно скажу, жара в тот день стояла невыносимая. Я просто чуть-чуть хотел освежить лицо. Вот и поплатился. Почему ушел? А что я мог сделать? Дождаться, пока приедет милиция и потом доказывать, что я не любовник и не вор или грабитель. Это абсурд. Ваша мама и сама могла бы узнать, что я по вызову. Достаточно было позвонить в диспетчерскую и узнать, был ли вызов. Но я понял, что дело не во мне. Кажется, ваша матушка преследовала другую цель. Ей хотелось опорочить невестку или просто устроить скандал. Жаль, что мой визит помог сломать вашу счастливую семейную жизнь … Но, поверьте, я не виноват. Я сожалею.

Из областной больницы Максим пришел в отличном настроении. Алла Викентьевна заметила эту перемену и спросила:

– Что-то ты, сынок, светишься как золотой?

– Я женюсь, мама. И она согласна. Я только что звонил ей и сделал предложение.

Счастье есть, его не может не быть

– Кто она такая? – насторожилась Алла Викентьевна.

– О-о, мама, ты её давно знаешь. Она – Вика моя, – улыбаясь, ответил Максим. – Я нашел её. Мало того, я только что разговаривал с доктором, которого ты фактически оклеветала ради того, чтобы разлучить меня с моей Викой … Знаешь, мы с Валентином уходим от тебя навсегда, мама …

Глаза Аллы Викентьевны блеснули злобой и ненавистью, и она почти закричала:

– Нет. Ни за что. Я не отдам ей моего Валечку …

– Отдашь, мама, – ответил спокойно Макс. – Это наш с Викторией сын. Я не хочу, чтобы он рос в ненависти и лжи …

 

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.74MB | MySQL:75 | 0,344sec