«Странная семейка»

Зоя Козицына в свои 25 лет всерьёз задумалась о том, правильно ли она распорядилась своей жизнью. Её муж, Владимир Козицын, который был старше на 15 лет, перестал вызывать в молодой женщине чувства любви и счастья.

Ещё два года назад она считала иначе. Ей всегда нравились мужчины постарше. Когда Зоя приехала из Свердловской области в Москву, она устроилась на работу и стала снимать квартиру у частника.

Однажды хозяин квартиры в очередной раз пришёл за арендной платой. Но в этот вечер Владимир Козицын — а это был именно он — задержался. Зоя предложила мужчине чаю, они разговорились и эту же ночь провели вместе.

После этого они стали встречаться. Страсть захлестнула молодую женщину и сорокатрехлетнего разведённого мужчину, их отношения стремительно развивались, и, в конце концов, Владимир и Зоя поженились. Таким образом провинциалка Зоя заимела статус полноправной москвички.

Сейчас, спустя почти два года семейной жизни, молодая женщина узнала, что Владимир переписал на сына квартиру, в которой они жили, тем самым подстраховавшись, чтобы недвижимость в случае чего не досталась молодой жене. Наученный горьким опытом мужчина сделал это именно из таких соображений.

***

Был воскресный день. Проснувшись к полудню, Зоя привела себя в порядок и вышла на кухню, чтобы позавтракать. Там за столом сидел Владимир, он читал очередную инвестиционную статью, водя пальцем по экрану смартфона.

— Доброе утро, дорогая, — привычно поприветствовал он супругу, отвлёкся от чтения и потянулся к ней обеими руками.

Но Зоя не поддалась на этот жест. Она прошла к барной стойке, на которой стоял электрочайник и, убедившись, что в нём есть вода, нажала на кнопку. Чайник зашипел.

— Володенька, прости, пожалуйста, но я подаю на развод, — неожиданно для мужа сказала Зоя.

— Что?.. Ты сейчас это серьёзно?..

— Более чем…

— Может, объяснишь?

— А что тут объяснять! Я — молодая, ты — нет. И главное — я тебя больше не люблю.

— Не верю, — улыбнулся Владимир. — Говори правду. Что случилось? Это из-за квартиры?

— Нет. — В голосе Зои различалась фальшь.

— Я ведь знаю тебя, Зоенька. Дело не в том, что ты меня внезапно разлюбила, а в том, что тебе не понравилось, что переписал квартиру на своего сына.

Зою жутко раздражала проницательность Владимира, и от этого она просто зверела.

— Да, это тоже одна из причин! — не сдержалась от крика молодая жена. — Это никому не понравится. Ты мне ничего не сказал, не посоветовался. Значит не считаешь меня своей семьёй. — Чайник щёлкнул и стал медленно затихать. — Я тебе доверяла на сто процентов, а как со своей стороны ты поступил по отношению ко мне?

— Ты не должна волноваться по этому поводу. Тем более, что к тебе это не имеет никакого отношения.

— Да? Зато прямое отношение к нашей с тобой жизни имеет, например, твой огромный живот, — съязвила Зоя. — Мне уже стало противно с тобой спать. Посмотри, как ты себя запустил!

— Милая, ну разве это повод для развода? — снова потянулся к жене Козицын.

— Не трогай меня! — Тон, с которым произнесла эти слова Зоя, отбил все желания у мужчины.

— Когда ты собираешься готовить обед? — попытался перевести разговор в другое русло Владимир. — Сегодня к нам должны приехать Павел с Ириной.

— Я не собираюсь готовить для твоего сынка! И тем более, для его клуши…

— Что за неуважение, Зоя! — сделал строгое замечание супруг.

В дверь квартиры позвонили. Владимир вышел в коридор и впустил гостей. Павел вошёл первым, за ним — Ирина, его невеста. Поздоровавшись с отцом, Козицын-младший внимательно посмотрел на супругов и сказал:

— По-моему, мы не вовремя.

— Проходи давай, — с натянутой улыбкой на лице сказал отец. — Ирина, давай сюда свое пальто, я поухаживаю.

— Нет, правда, пап что с Зоей? На ней лица нет, — тихо спросил Павел.

— Обиделась на меня из-за квартиры, — честно ответил тот.

— Давай я с ней поговорю? — и, не дождавшись ответа, сын прошёл на кухню к Зое. — Привет, Зоя. Вижу, вы уже поссорились. Понимаешь, мы с отцом давно вели разговор по поводу этой квартиры. Просто юридически оформили это только сейчас…

 

 

— Не нужно ничего объяснять, я все понимаю.

— Отлично! Я же вас не выгоняю. Живите, сколько хотите.

— Сынок, — услышав разговор сына и жены, обратился Владимир, — Придётся расторгнуть дарственную.

— Не понял? — изменился в лице Павел. — Ты предлагаешь мне сейчас из-за каких-то её капризов отменить сделку?

— Ты меня правильно понял.

— Батя, да у тебя крыша поехала!? Очевидно же, что Зое от тебя только квартира и нужна.

— Во-первых, Паша, — возразила Зоя, — мне ничего не нужно. До вашего прихода я уже сообщила твоему отцу, что подаю на развод. А во-вторых, в этой ситуации мне очень не понравилось то, что всё сделано за моей спиной и втихомолку. После этого я уже никогда не смогу доверять Владимиру.

— Пап, тем лучше для тебя, — коротко подытожил Павел.

— Так, я сам решу, как мне жить, и не лезь! — начал злиться Козицын-старший.

— Видишь, Вовочка, какой у тебя заботливый сынок, — ухмыльнулась Зоя. — Всё за тебя уже решил…

— Да он уже с ума сходит по-тихоньку! — продолжал своё Паша. — Ещё не старый, а крыша едет. И всё из-за тебя, хитрая стерва! Он, как с тобой связался, так и чокнулся сразу, одевается, как подросток. Ну, ей-богу, смешно даже! — Павел посмотрел на недоумевающего отца и продолжил: — Правда, пап, мне уже стыдно за тебя. Ладно, если актёры в возрасте молодятся, заводят себе куколок, а ты-то!

— Паша, ты перегибаешь палку! — наконец не выдержал Владимир. — Зачем ты сейчас лезешь в нашу жизнь? Ты просто сделай, что я тебя прошу — верни мне квартиру. Мы сами дальше разберемся. Пойми, что для меня это важно.

— Папа, мой ответ — нет. Нет, и точка. Эта твоя Зоенька-провинциалка хочет жить на всём готовеньком…

— Послушай, хамло! — аж взвизгнула от негодования Зоя. — Как ты можешь так говорить про меня — жену твоего родного отца! Я на самом деле по началу любила Владимира, и вышла замуж за него не из-за квартиры. А вот сейчас не люблю и собираюсь подать на развод. Не пойму, зачем я, вообще, это тебе объясняю, безмозглому хаму.

— А вы оба ничего не хотите мне рассказать, молодёжь? — неожиданно ввел в ступор молодых оппонентов Владимир.

— Что ты имеешь в виду, папа?

— Я не хотел касаться этой темы, но, смотрю, обстоятельства вынуждают меня. На днях мне позвонила Ирина и рассказала, что видела вас в кафе в интимной обстановке.

— В какой обстановке? — переспросила Зоя. — Да, мы встречались, но это была дружеская беседа.

— А что же вы сейчас по-дружески не можете разговаривать? — резонно заметил Козицын-старший. — Грызётесь, как любовники.

— Папа, ты чего мелешь? Зачем мне твоя Зоя недоделанная? Чтобы к себе на шею её посадить?

— Я знаю, что ты, мерзавец, теперь способен на всё. Какой же я был идиот, что переписал на тебя квартиру, послушал сынка неблагодарного! Я не позволю тебе изломать мою жизнь. — Владимир посмотрел на молодую жену, которая стояла у окна, её чай давно остыл. — Зоя, я люблю тебя и не смогу так просто смириться с твоим уходом. Может, ты подумаешь ещё?

В этот момент в кухню вошла Ирина. Ей надоело дожидаться всех одной в гостиной:

— Ириночка, где ты нас с Зоей видела? — стал вдруг уточнять Павел. — И почему ты мне об этом не сказала? Почему не подошла?

— Я видела вас в «Галактике» неделю назад. Мы с коллегой по работе зашли пообедать. А не подошла я, потому что вы мило ворковали, не хотела вас тревожить.

— Ты, Ириночка, расскажи, что ты ещё видела, — попросил Владимир.

— А что рассказывать. Я не из тех, кто устраивает сцены. А увидела я, что Павел нежно держал Зою за руку и пытался её поцеловать. Мне стало противно и я покинула заведение. Потом я позвонила Владимиру Александровичу, потому что не знала, что мне делать.

— Ой, Ириша, какая ты смешная, — покачал головой Павел.

— Пашенька, я тебя не ревную, — сказала невеста. — Ты мне ответь только: наша свадьба в силе?

***

Возникла пауза. Зоя смотрела на Ирину, как на дурочку. «Клуша — она и есть Клуша».

— Глупенькая, я же тебя люблю. Конечно, все у нас в силе, — ответил Павел.

— Не поняла, Паша. Ты мне говорил совсем другое? — возмутилась после его слов Зоя. — Ты говорил, что уйдёшь от этой дуры.

— Да ты, вообще, кто такая, чтобы я перед тобой отвечал?!

— Кто я? Хорошо, я сама отвечу, кто я. Я — та женщина, которая из-за тебя спала с твоим же отцом, негодяй! Я — та женщина, которая терпела совместную жизнь с этим, — Зоя показала рукой на Владимира, — неприятным для меня человеком!

— Зоя, что ты такое говоришь? Паша? — Козицын-старший чуть дар речи не потерял.

— Я терпела его ради этой квартиры и нашей договорённости, ради нашего будущего! — Зоя говорила, как будто никого, кроме них с Павлом на кухне не было. — Значит так, если ты сейчас не скажешь им всю правду, я сама это сделаю.

— Я тебя не заставлял спать с моим отцом.

— Рассказываю. Мы с Павлом встречались еще до свадьбы с тобой, Володя. Мы даже хотели пожениться. Но однажды твой сын предложил мне выгодную сделку: я охмуряю тебя, а он заполучает для нас твою квартиру, напугав тебя и уговорив переписать жилье на него. Потому что у него самого ничего не было, и жил Паша со своей бабушкой. Так вот, когда цель будет достигнута, мы с Павлом сможем пожениться и жить в собственной квартире.

— Ах, ты, мошенница! — взорвалась Ирина. — А ты, — она посмотрела на Павла, — обманщик!

— Ириночка, я же тебе только что сказал, что люблю тебя, и у нас все будет по плану, — ещё раз пояснил жених. Затем перевёл взгляд на Зою: — А ты, дурочка, всё сказала? Молодец!

— Получается, ты меня кинул? Знаешь, что у нас на Урале за такое бывает? — с угрозой в голосе произнесла подельница.

— Паша, — тихо заговорил Владимир, — всё, что сейчас сказала Зоя, это правда?

— Да, папа, это правда. Я хотел тебе отомстить, и у меня, как видишь, получилось. Ведь ты мне всю жизнь сломал.

— Каким образом?

— Ты ведь меня совсем маленьким оставил на попечение деду-забулдыге и бабушке Тане. Сам укатил к любовнице. Жили вы, помню, просто замечательно! Зато меня дед шпынял, бабка Таня тоже была не слаще — жизни не давала. Она до сих пор меня клюёт. Слава богу, что хоть деда уже нет — царство ему небесное. Помнишь, папа, когда ты выгнал свою Наденьку, я просился к тебе много раз. Ты мне что отвечал? Помнишь? «Тебе сынок с бабкой лучше будет — она готовит, стирает, а от меня какой уже толк…» Тебе было просто всё равно, что у меня в душе. Ты менял баб, как перчатки, жил в своё удовольствие, мотался по заграницам… А мне ничего не доставалось. Помню бабка всегда ругалась, что денег не даешь на сына. Вот так, батя. В один прекрасный день я для себя решил, что обязательно тебе отомщу.

— Ну, спасибо, сынок. Я тобой горжусь. Хоть не дураком вырос! — засмеялся Владимир. — Только и я просто так не сдамся, а подам на тебя в суд. Ирина и Зоя мне помогут, свидетелями будут, верно, девочки?

— Да пошёл ты! — ответила Ирина.

— А я помогу, — возразила Зоя. — Ради принципа.

— Ты — заинтересованное лицо, Зоенька, — с издёвкой в голосе произнёс Павел.

— Ничего, разберёмся. Я все равно этого так не оставлю. — Лицо Владимира переменилось до неузнаваемости. В нём были одновременно и отчётливо видны злоба, месть и ненависть. Таким отца Паша никогда ещё не видел — демоном во плоти.

— Володенька, — испуганно обратилась к мужу Зоя. — А ты честно меня еще любишь? Я тебе уже всё простила.

— Папа, не верь этой крысе…

— А мне теперь верить вообще некому, — ответил отец. — Дверь вон там. Зоя, проводи «гостей».

КОНЕЦ

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.77MB | MySQL:75 | 0,364sec