Невеста рыбака. (Реальная мистическая история)

 

Сегодня расскажу Вам еще одну мистическую историю, произошедшую с одним моим другом. Далее рассказ пойдет с его слов.

Наконец, долгожданный отпуск, устав от душного и суетливого города, решил я отправиться в деревню, отдохнуть и заодно проведать свою бабушку, доживающую там свой век. Деревня находилась в 300 км от города, места были живописными, а местный народ , как и предыдущие столетия — жил своим хозяйством.

Казалось, что время в этих местах остановилось. Потому молодёжь в этих краях скучала и чаще уезжала в город, как когда-то и сбежал я, а перед остальными вставал выбор — либо пить, либо работать от зари и до первых звёзд.

Некоторым же удавалось и совмещать два этих действа, как и моему бывшему однокласснику, а ныне — местному трактористу Игнату, который сначала работал до седьмого пота, а после пил до синих чертей. Однако, народ в деревне был радушный, добрый и Игната соседи не побивали, даже когда он, иной раз, влетал к ним в огород, оставляя глубокие борозды от колёс трактора, зная что сердце у него чистое и апосля, просохнув, Игнат все починит, исправит и потом неделю-другую будет по хозяйству помогать.

В школьные годы я помню его совсем другим, однако, разбитое, Танькой Ступиной из параллельного класса, сердце (та поиграв чувствами Игната, отвергла его в пользу городского и укатила с ним сразу после выпускного) превратило из прекрасного, подающего надежды юноши в безнадёжного местного пьянчужку. «Шерше ля фам», как говорится.

Помимо работы и стакана, была у тракториста ещё одна страсть — любил он порыбачить, а вот в этом мы с ним были как родные братья, потому, когда я находил время наведываться в деревню, то обязательно, на следующее утро с первыми петухами, шли мы рыбачить. Рыбы было столько, что на солнце так и поблескивали серебристые спинки, то и дело мелькающие на водной глади.

 

 

-Приехал, Федя, родненький, — уголки глаз бабушки засверкали хрусталиками слез, — не забываешь старую.

-Что ты, бабуля, какая же ты старая, — аккуратно сжав в своих объятьях маленькую хрупкую старушку, спрятавшую серебро волос под платочек, воскликнул я, — от тебя ещё местных женихов нужно метлой погонять, всем голову кружишь.

-Да брось ты, садись ко столу, — все в доме напоминало о проведённом в нем беззаботном детстве, те же ситцевые чуть выцвевшие, но чистенькие занавески, та же кружевная клеенчатая скатерть, которую бабушка накрывала на праздники, а каждый мой приезд — был для неё одним из таких событий. Сколько не пытался я перевезти бабушку в город, она лишь мягко улыбалась и каждый раз отказывала, ссылаясь на то, что уже стара для таких перемен и накрепко приросла корнями к своей земле.

Пока окрестности деревни медленно погружались во мрак, убаюканный теплом приема и накормленный пышными пирожками, я делился с бабушкой последними новостями из своей жизни, а она завороженно слушала.

-Ладно, бабуль, устал с дороги, пойду лягу — решил я, вставая из-за стола, — завтра с утра с Игнатом хочу на рыбалку махнуть, надо поспать.

-Феденька, не пойдешь ты с ним на рыбалку уже, — грустно отметила бабушка, — сгинул наш Игнатушка…

После такого заявления моя сонливость вмиг улетучилась. Бабушка продолжала, а я ловил каждое ее слово, открыв рот:

-В начале этого лета после одной из утренних рыбалок, наш Игнатушка обмолвился с мужиками на перекуре, что, мол, сидит он на бережку спозаранку, вода туманом застелена, поплавок лениво стоит и не колышется, тут слышит смех, как колокольчиком подле камыша.

— Вроде с утра еще не прикладывался, а уже мерещится, -подумал он, затянувшись папироской. Не прошло и двух минут, как слышит опять смех девичий еще ближе к нему, не успел он глаза протереть, как тут на берег девица забирается. Платье на незнакомке точно из тумана соткано, вроде покрывает, да почти все прелести проглядываются. От изумления, у рыбака даже папироска изо рта выпала.

А девица-то не из робкого десятка оказалась, на Игната прыг и в губы вцепилась пылко.

-Целовалась, окаянная, словно шельма! — рассказывал Игнат мужикам, -я вмиг голову потерял, зажмурился на миг от услады такой, а глаза раскрыл — и нету любовницы моей страстной.

Концовку рассказа мужики встретили взрывом хохота:

-Уж не с плотвой ли ты лобызался, пропойный наш, — подтрунивали они над Игнатом, тот же в ответ весь ощетинился, умолк и после никому более о незнакомке не рассказывал.

Да только с той поры, заметили соседи, что пить Игнат резко бросил, как отрубили, и при каждом удобном случае, спешил к реке с удочкой, то с собою гостинцы всякие волок, будто на пикник, то торговки рассказывали, как на местном рынке покупал он платья женские и побрякушки, а всем известно, что жил тракторист один.

-Может наконец углядел невесту какую наш горемыка — с надеждой рассуждали местные. А Игнат к речке волок и платья новые и бусы янтарные и колечки.

Как не пытались у него выведать, Игнат со всеми держал рот на замке, может боялся, что вновь его на смех поднимут. Только с каждым днем влюбленный все больше лицом заострялся, да боками скудел, пока не осталось в нем лишь для душеньки одно тесное место.

А месяц назад и вовсе пропал, сначала на работу не вышел, подумали было, что опять пить начал, так дома тоже его следа не сыскали, а вместе с Игнатом и удочка исчезла.

Шепчется теперь народ, боятся рыбаки к реке ходить, говорят нечистый завелся, — закончила рассказ бабушка.

 

 

-Может и вправду где-нибудь запойничает, бабуль? Или была, все таки невеста, с ней и укатил на край света, да некому не сказал? — предположил я. Жаль, что Игнатия нет, придется одному с утра рыбачить.

Как не пыталась меня отговорить от этой затеи напуганная бабушка, я мужчина не суеверный и по утру дисциплинированно собравшись и захватив рыболовные снасти, отправился к реке, где мы всегда с Игнатом ловили рыбу.

Рыбачу я , значит, смотрю, леска натянулась, думаю — клевать начало, тяну, как вдруг встречаюсь с яростным сопротивлением, удочка гнется, сил не хватает удержать, так я удочку из рук и теряю, а она мигом на дно утягивается. Берега в этом месте крутые, сразу глубина идет.

-Что за чертовщина, — думаю, смотря сквозь водное зеркало и тут замечаю, как прямо из глубины поднимается что-то ко мне, вглядевшись узнаю черты лица человеческого.

 

 

Я отшатнулся от нахлынувшего ужаса и в этот миг, голова Игната показалась на поверхности речки у камышей , рот его открылся и оттуда вылезла жаба, после он безумно захохотав, крикнул:

-Федька! Ай да к нам, у нее и подружка есть, — на секунду мне показалось, что я увидел в камышах девушку с мертвенно землянистой кожей. Не дожидаясь более настойчивого предложения, кинулся я со всех ног в наш дом, где рассказал обо всем случившимся бабушке.

-Видимо, русалку в невесты Игнатушка себе выбрал, сам того не ведая — покачала головой бабушка.

Что это было по сей день объяснить не могу, но знаю точно, что рыбалку я в этот день навсегда разлюбил.

Вот такую историю услышала как-то вечером я от своего друга, а верить произошедшему или нет — Вам.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.66MB | MySQL:75 | 0,322sec