Мой дедушка — простой человек

 

Осень. Я гуляю в парке вместе с моей правнучкой Лу (родители ухитрились назвать ее «новомодным» именем – Луиза). Пятилетняя девочка резвится, кормит уток, бегает и так звонко смеется, что просто невозможно удержаться от улыбки. Я сижу на лавочке, наблюдаю за этой детской непосредственностью, как у детей все легко и просто выходит, как они умеют удивляться самым, казалось бы, обычным вещам: желто-красному кленовому листку и божьей коровке, которая почему-то сидит на нем, несмотря на конец сентября; белке, прыгающей с ветки на ветку; шуршанию осенних листьев под ногами; капелькам росы на пушистых ветках ёлки и много чему еще.

 

 

Напрыгавшись и набегавшись, раскрасневшаяся Лу подбегает ко мне. Я наливаю травяной чай и достаю припрятанные бутерброды, которые правнучка тут же и съедает. Теперь наступает час историй. Я чувствую, как Лу поворачивается ко мне и смотрит своими чудесными голубыми глазками.

— Деда, а расскажи, как вы фашистов били! Ух! Как вы их с нашей земли прогнали! – просит моя маленькая правнучка.

Что рассказать этому ребенку? Как «били фашистов» просит она. Маленькой боевой девчушке война представляется забавной игрой, где ее сильный и смелый деда в два счета «прогоняет» врагов с «нашей земли». И ведь не расскажешь ей, что все было совсем не так: нельзя такое рассказать пятилетнему ребенку, вот подрастет – и, может, однажды я смогу рассказать, как сменил школьный выпускной костюм, который мама шила мне около месяца, на солдатскую форму, как вместо того, чтобы строить дома, я строил окопы и учился стрелять; как хотел есть, а еды не было; как радовался кусочку заплесневелого хлеба; как сжимал пальцы на ногах, потому что сапоги были на два размера меньше; как было жутко холодно ночью и как было ужасно страшно, когда пролетали самолеты; как с товарищами рыл окоп и как потом погиб мой боевой товарищ – друг детства, подорвавшись на мине; и как я… убил другого человека… Смогу ли я ей это рассказать, когда она подрастет?! Не знаю. Но пока моя правнучка с интересом слушает истории о наших победах; о письмах, которые писали родным и о песнях, которые иногда пели вечером, о находчивости, которую проявляли я и мои товарищи. И это тоже правда!

«Так ему и надо», — говорит она и трясет своим маленьким пухленьким кулачком невидимому врагу. Я улыбаюсь, глядя на эту маленькую смелую девочку, и понимаю: все было не зря!

……………………………………………………………………………………….

Зима. За окном снег и мороз, а в доме жарко. Натопленная печь, дрова чуть слышно потрескивают, а мы с десятилетней Лу рассматриваем старый альбом: правнучка его очень любит, хотя фотографий в нем не так уж много: портрет моих родителей в день свадьбы, несколько моих детских и юношеских фотографий, фотография с выпускного, вот, пожалуй, и всё. Есть еще фотографии, но они уже сделаны после войны.

Лу перебирает страницы альбома и останавливает взгляд на одной – фотографии с моего выпускного.

— Деда, а кто эта девушка рядом с тобой? Это наша бабушка?

Сердце замирает, дрогнувшим голосом, отвечаю:

— Нет, Лу, это не наша бабушка, — и переворачиваю страницу.

У правнучки чуткое сердце, она понимающе кивает и тут же спрашивает:

— А как вы познакомились с бабушкой?

Улыбаюсь, ведь история нашего знакомства с моей дорогой женой достаточно веселая.

— О! Твоя бабушка очень смелая женщина!

— И ты ее до сих пор немного побаиваешься? – спрашивает Лу шепотом.

Мы смеемся.

— Нет, Лу, конечно же, нет! – но правнучка, кажется, верит мне не до конца. Оно и понятно, Рая – очень строгая женщина. Она такой была всегда, но это и не удивительно, после всего, что она пережила. С 7 лет она помогала маме по хозяйству, смотрела за своими младшими сестричками и братом. А их было не много и не мало — пятеро. Когда ей было 14, она и вовсе перестала ходить в школу, устроилась на работу: денег в семье совсем не хватало, дети часто голодали. Будущая жизнь представлялась моей жене тусклой и невеселой. Но Рая никогда никому не жаловалась, она с невероятным мужеством переносила все тяжбы ее трудового дня, видимо, смирившись. А тут – война. Рае было 20 лет, когда она началась. Первым ее желанием было вступить в ряды солдат, как сделали почти все молодые люди из ее деревни. Вот только… как оставить маленьких своих детей? Они же просто погибнут от голода, если их раньше немцы не убьют. И Рая осталась. Она смотрела за младшими, помогала соседским ребятишкам, как могла, помогала подпольщикам.

Для меня Рая – настоящий герой, хотя нет у нее никаких медалей. Но на каждое 9 Мая я вешаю ей на грудь свою медаль «За мужество», и мы идем на парад. Сначала она сопротивлялась, говорила, мол, не заслужила, зачем обманывать людей. Но я ей доказал, что мужество оно ведь по-разному проявляется, как и сила духа, и что-что, а эту медаль она заслужила даже больше, чем я.

— Деда, так как вы познакомились, на войне, да?

— Да, моя дорогая Лу. Это случилось в сорок четвертом году. Я был уже довольно опытным солдатом, меня часто отправляли на В разведку. Вот и тогда, переодевшись, я тайком попал в деревню, где жила твоя бабушка. Почти сразу мне стала понятна ситуация в деревне: оккупированная территория, нападения не ожидают. Это все, что было нужно знать моему командиру. Возвращался я через лесок, вижу – маленькое озеро на солнце так и искрится. Мне захотелось искупаться. Подумал, время еще есть, почему бы и нет? Подошел ближе, смотрю: в реке – девушка. Я раз – и за кустом сразу спрятался. Сижу, выжидаю, наблюдаю. Девушка искупалась, стала уже собираться, а тут как назло я на ветку неудачно наступил, она и сломалась с громким треском. Девушка испуганно замерла, я тоже замер: вдруг не заметит? Куда уж там! Рая подлетела ко мне как ураган, с ног меня сбила и давай по лицу бить.

«Ах, ты, фашистское отродье, подглядывать за мной вздумал! Умру – а не допущу!».

«Свой, я свой», — выдавил я.

Бабушка твоя так пристально на меня посмотрела, как иногда на тебя смотрит, когда ты напроказничаешь, а я возьми да подмигни ей. Ох, как она разозлилась!

«Ну и что, что свой! А подглядывать все равно не дам!» — и продолжила меня мутузить.

Внучка еле сдерживающая смех, все-таки не выдержала и давай смеяться. Я тоже не выдержал и громко засмеялся. В комнату заглянула моя драгоценная жена.

— Что вы тут уже делаете? Опять твой деда байки рассказывает?

— Почему байки? – удивилась Лу, — он рассказывает, как вы с ним познакомились, ох и досталось же ему от тебя, ба!

— Вот еще! – отмахнулась Рая, — Слушай его побольше.

Но от меня не скрылись веселые огоньки в ее глазах.

— Чай уже на столе давно остыл, не дозовешься вас… — пробурчала она, выходя из комнаты.

Я посмотрел на правнучку и подмигнул ей. Лу звонко засмеялась.

……………………………………………………………………………………….

Июнь. Луиза К. успешно сдала все школьные экзамены и уже готова сдавать вступительные, но прежде у нее будет важный день – выпускной. Подготовка к этому торжественному дню началась в конце февраля, и всю весну моя правнучка со своей мамой бегали по магазинам в перерывах между уроками в школе и занятиями с репетиторами. И вот она – юная и прекрасная, в золотистом платье, с длинными волнистыми волосами, с горящими от нетерпения глазами – стоит передо мной. Смотрю на свою правнучку-красавицу, но вместо нее вижу другую девушку – юную и прекрасную, в белом платье, с длинной косой, с горящими, счастливыми глазами.

Ее звали Маша. Любовь к ней и воспоминания о ней я пронес через всю жизнь в своем сердце. Мы дружили с детского сада, вместе пошли в первый класс, всегда помогали друг другу: она мне с сочинениями по литературе, а я ей – с математикой, геометрия особенно тяжело ей давалась. Мы взрослели, взрослело и наше чувство – из детской дружбы оно переросло в первую, чистую, нежную любовь. Признаний не было, но и без слов было все понятно. Оканчивая школу, мы мечтали поехать в город, поступить в институт – я в инженерный, а она хотела быть учителем русского языка, а через 4 года мы думали пожениться. Нашим планам помешала война, разлучившая нас. Навсегда.

Как мы были счастливы в день нашего выпускного! Звонкий наш смех, казалось, был слышен всей деревне. Мы вдвоем отправились встречать рассвет на озеро, которое было в нескольких километрах. Устроившись на берегу, я обнял Машеньку, она доверчиво прижалась ко мне. Какое-то время мы молча наблюдали за светлеющим небом, наслаждались ночной тишиной, потом Маша сказала:

— Как хорошо, Витя, правда? Так хорошо, что не верится! Позади школа, впереди – вся жизнь. Наша жизнь, где мы вместе!

Мы встретили рассвет в объятиях друг друга, и не было большего блаженства, чем перебирать в руках ее длинные волосы, ощущать, как бьется ее сердце, слушать дыхание.

— Знаешь, Витя, — вдруг сказала она, — в детстве мой папа читал мне одну книгу, в ней было сказано, что Бог есть Любовь…

— Бог? Бога ведь не существует! – самоуверенно перебил я ее.

— Ох, не говори так, пожалуйста! – попросила Маша.

Я взглянул в ее зеленые глаза, полные слез, и что-то дрогнуло во мне. Я не смог ничего сказать, лишь кивнул.

— Я понимаю, почему ты так сказал… так сейчас все говорят, нас этому и в школе учат, но… понимаешь… я чувствую, что это неправильно. Не могу это доказать, просто чувствую и откуда-то знаю, что мы здесь по Его воле, Его замыслу.

Маша говорила быстро и вдохновенно, и было в ее словах что-то, что отзывалось во мне. Действительно, мир полон такой невероятной красоты, возникновение которой невозможно объяснить одной наукой. Такое разнообразие в природе! Все это, должно быть, сотворено рукой Творца, а значит Маша права – Бог есть, и Он есть Любовь!

— Я знаю, так нельзя говорить, — произнесла она, наконец, — но я же только тебе об этом говорю.

Маша улыбнулась, и я тоже…

… А несколько минут спустя, окровавленная, дрожащая в моих руках, девушка произнесла свои последние слова:

— Бог есть любовь, и мы теперь Любовь, Витя!

— Навсегда! – произнес я.

— Навсегда! – произнес я.

— Что ты сказал, дедушка?

Лу, счастливая и безмятежная, смотрела на меня.

— Я сказал, что хочу навсегда запомнить этот день, — улыбнулся я не то своей правнучке, не то своей первой любви, потом поклонился и спросил – Вы танцуете, ваше величество?

Я надула губы и недовольно топнула ногой:

— Деда, ты чего? Это ведь я, твой боевой солдат, а не какая-то принцесса!

— Я так и знал, что это ты! Но нужно было убедиться, дорогая, — дед подмигнул, и мы весело засмеялись.

……………………………………………………………………………………….

Весна. 9 Мая. Мы празднуем день великой Победы: утром идем на парад, благодарим ветеранов, днем – гуляем по городу, любуемся его красотами, смеемся, танцуем, поем песни, а вечером смотрим на небо, раскрашенное тысячей фейерверков. И все вроде бы правильно: это важный день в истории нашей страны, поэтому отпраздновать его надо на высшем уровне! Вот только… Этот день закончится, и мы забудем на 364 дня о победе, которая досталась нам такой ценой, и наших ветеранах… С каждым годом их все меньше и меньше. Они уходят, а вместе с ними уходят и их истории, стираются из памяти их лица и имена. Это жизнь, и у нее свои законы! Мы не можем остановить время, изменить прошлое, но мы можем и должны ценить настоящее, беречь то, что есть у нас сегодня.

Уделить время бабушке, послушав ее историю, спросить дедушку о его первой любви. Ветеранам нужны мы, а нам нужны они. Мы в долгу перед ними за прошлое. Они перед нами – за будущее. Нам важно донести правду о нашей победе нашим детям, рассказав о подвиге их прабабушек и прадедушек. А еще о том, что война – это страшно. Иначе их жизнь, их подвиг, их смерть просто обесценятся! Нельзя допустить этого! Нельзя!

Автор: Volya

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.7MB | MySQL:75 | 0,381sec