Медовый месяц

— Маме лучше ничего не говорить, потом перед фактом поставим, — жених упорно не смотрел в глаза, — И вообще, давай никому не будем говорить, только твоим родителям.

Гарик не спрашивал, а ставил перед фактом, что категорически не понравилось Лизе.

 

— Ты что, стесняешься меня? Свадьбу играть не будем, матери твоей говорить не будем, друзья побоку. Детство какое-то! Давай вообще не будем расписываться, жили целый год без этого и дальше проживем, — Лиза говорила сердито, надеясь, что любимый сейчас же раскается и заверит её, что это просто неудачная шутка.

— Лиза, ну что ты начинаешь? Я хочу на тебе жениться, но ты же знаешь мою маму! Мы ещё не женаты, а она уже на тебя бочку катит! Что потом будет? Просто поверь, не стоит ей заранее говорить, сто тысяч причин найдет, чтобы мы с тобой до ЗАГСа не дошли!

— В общем так, — Лиза говорила жёстко, — Я понимаю, что у нас нет денег и согласна с тем, что свадьбы как таковой не будет…

Гарик было благодарно улыбнулся, но невеста продолжила:

— Но если ты не скажешь своей маме о наших планах, то не будет вообще ничего. Понял?

— Понял, — Гарик вздохнул, — Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

— И слова в упрёк не скажу, честно! – обрадованная, что настояла на своём, Лиза была очень мила, — Вот ни капелечки! Ты у меня такой зайка!

Лиза знала, что мама Гарика её не долюбливает. Впрочем, мотивы будущей свекрови ей были вполне ясны: мать ревновала. Гарик был её единственным сыном, поздним ребенком, которого она родила, как говорится, «для себя». Причём это «для себя» понималось Маргаритой Васильевной в буквальном смысле. Когда в жизни Гарика появилась она, Лиза, чего только Маргарита не предпринимала! То начинала рассказывать, какой Гарик недотёпа: «Представляешь, деточка, он до восьмого класса носил колготки!» или «Ой, иногда так стыдно за сына, чавкает и локти на стол ложит». То начинала причитать: «Знаешь, деточка, папаша Гарика, не к ночи будь помянут, пьяница горький и бил меня смертным боем, как бы в сыночке гены не проснулись». Лизе хотелось поправить, что не «ложит», а «кладет», и никакая она не «деточка», но Гарик делал «страшные» глаза и качал головой, не спорь, мол, не связывайся.

— Да никто её никогда не бил, я родился в результате курортного романа. Бабушка говорила, что мать меня из санатория «привезла». Просто любит она пострадать, ну я привык уже. И вообще, не спорь с ней, а то она как вампир, всю энергию высосет и выкинет.

— Зачем ты так о маме? – Лиза качала головой, — Всё-таки она тебя родила, вырастила. И еще, почему она меня «деточкой» называет?

— Да люблю я её, люблю. И жалею. Но жизнь нам портить не дам. А что до «деточки»… Она считает, что ни к чему ей твоё имя, всё равно рано или поздно она тебя выживет.

Лиза считала, что Гарик преувеличивает, наговаривает на мать. Это её смущало, стоит ли связывать свою жизнь с таким человеком? Но сердцу не прикажешь, влюбилась она всерьез и, видимо, надолго. И вот, через год отношений, предложение сделано и принято, а у них уже пошли первые ссоры. Ничего, думала Лиза, у меня всё получится.

Как там говорится? Благими намерениями выстлана дорога в ад?

Лизина мать, моя троюродная сестра Жанна, говорила:

— Если ты до свадьбы не веришь будущему мужу, может, эта свадьба и не нужна вовсе? Лично мне Игорь нравится, — Жанна принципиально отказывалась называть жениха Гариком, — И я верю, что он из лучших побуждений так говорит.

Но какой жених может отказать горячо любимой невесте? Вот и Гарик пошёл на поводу у Лизы.

— Мам, — он долго расспрашивал о делах, здоровье, котах, прежде чем приступить к главному, — Я сделал Лизе предложение. Через месяц мы распишемся.

В трубке воцарилось молчание.

— Алло, мама, ты где? Почему ты молчишь?

— Сообщать такие новости по телефону – дурной тон, не находишь? – медленно произнесла Маргарита, — Могли бы вместе приехать, рассказать. Я бы пирог рыбный испекла, как ты любишь…

— Мам, ну не начинай, а? К тебе ехать – не ближний свет, сама понимаешь, — ему предстояло сообщить еще одну новость, поэтому решил не тянуть кота за хвост, — И еще, мам, свадьбы не будет. Вообще никакой. Распишемся, и на следующий день улетим в Таиланд.

— Куда?! С какого это перепуга? Мать дальше своего посёлка никуда не выезжала, а он какую-то девицу за границу везти собрался?

Покровск, где жила Маргарита, уже несколько лет как получил статус города, находился в 75 км от Якутска. Машины у Гарика не было, и не предвиделось: ему был диагностирован дальтонизм. В обычной жизни это не мешало, но на комиссии сразу давали медотвод. Чтобы добраться до матери, нужно было доехать до автовокзала, потом трястись почти два часа на автобусе.

— В общем так, — в голосе матери Гарик услышал привычный металл, — Если свадьбу не планируете, то расписываться будет здесь, в Покровске. Семья невесты на машине? Вот и приедут, не сахарные, не растают. И две недели после свадьбы у меня проведете, потом уж мотайте в свои Таиланды-Шмаиланды. Понял?

— Я поговорю с Лизой, — осторожно начал Гарик, — Если она согласится…

— Никаких «если»! Только так, иначе…- не договорив, Маргарита сбросила звонок.

О том, что он планирует провести медовый месяц в Таиланде, Гарик невесте не говорил, это был его сюрприз, подарок на свадьбу. Но тут пришлось. Передав разговор с мамой, он с тревогой ожидал, что скажет Лиза. Та отнеслась довольно благосклонно:

— В Покровске так в Покровске, какая разница? Главное, твоя мама меня приняла, вопреки твоим домыслам! – тут до неё наконец дошла вторая часть новости, — Таиланд?! Как здорово!!! Почему не сказал, мне же нужно столько всего купить для поездки!

Девушка обняла Гарика:

— Ты такой зайка! Сюрприз готовил, это так мило!

— Лиза, ты слышала про две недели у матери?

— Да без проблем! Отпуск длинный, всё успеем! Нет, ну надо же, какой ты у меня молодец, — Лиза широко улыбалась, и Гарик подумал: может, обойдется?

Жанна к идее расписываться в Покровске отнеслась без энтузиазма:

— Это ж столько мороки, — но увидев вытянувшееся лицо дочери, примирительно сказала, — Ну ладно, пусть Покровск, не край света. Гораздо хуже, если бы это был какой-нибудь Тикси.

Но Жанна оказалась права: сначала поехали подавать заявление, за неделю до регистрации – сдавать паспорта. Гарику пришлось смотаться туда несколько раз, отвозил продукты, то одно, то другое. Он ведь как думал? Пусть без свадьбы, но свадебный обед хотя бы должен быть? Посидим в ресторане, самом лучшем, потом родители и братья Лизы уедут домой. Маргарита настаивала:

— Можно и дома отметить, в семейном кругу, сваты могут потом у меня переночевать, куда ж выпившему за руль садиться? И я всё приготовлю, сынок, мне только в радость.

Лиза, желающая подольститься к будущей свекрови, приняла её сторону:

— Ну его, этот ресторан! Давай согласимся на мамино предложение, ей будет приятно. Продукты привезем заранее, моя мама тоже поможет. Гарик махнул рукой, не могу с вами спорить, поступайте, как считаете нужным.

Жанна порывалась приехать пораньше, хотя бы за день, помочь с готовкой, но Маргарита как отрезала:

— Я сама. Не зря же поваром отработала почти 30 лет.

День регистрации не задался с самого начала.

Хоть и без пышных торжеств, но невеста всё равно должна быть самой красивой, и Лиза записалась в лучшую парикмахерскую города. Она только села в кресло, как ушёл свет. Много чего можно сделать без электричества, но хорошую свадебную прическу? Пришлось сделать французскую косу, получилось мило, но совсем не то, что хотелось.

Следующую «свинью» подложила маленькая племянница. Воспользовавшись тем, что взрослые заняты, девочка взяла фломастеры и «украсила» по своему разумению атласное платье невесты. Лиза, увидев, разрыдалась:

— Зачем ты это сделала?

Но малышка искренне считала, что платье стало гораздо красивее, а то совсем не похоже на принцессино. Пришлось срочно выбирать из того, что было в гардеробе, и этим чем-то оказался стильный брючный костюм, пусть не кипенно белого, но вполне приемлемого цвета слоновой кости.

Уже подъезжая, Гарик схватился за голову: он забыл обручальные кольца! Возвращаться времени не было, пришлось заезжать в ювелирный и покупать новые. Денег хватало только на простые гладкие, но золотые или красивые, но серебряные. Выбрали второй вариант:

— В гладких нет души, пусть лучше серебряные, но по душе.

Заехали за Маргаритой Васильевной, а та еще не одета:

— Конечно, всю готовку на меня взвалили, естественно, что я ничего не успеваю!

Худо-бедно, но добрались до ЗАГСа, с опозданием, но всё же. Регистратор была явно не в духе, отбарабанила речь, лишь бы поскорее закончить, Лиза с Гариком поставили свои подписи. В этот момент громко, навзрыд, зарыдала Маргарита. Жанна вцепилась в рукав мужа:

— Скорее бы этот дурдом закончился!

Её слова услышала Маргарита и зарыдала пуще прежнего. Все стали суетиться вокруг плачущей, но все слова перекрыл громкий голос:

— Дамы и господа, мы закрываемся. Плачьте в другом месте, пожалуйста.

Кое-как добрались до дома Маргариты, и тут выяснилось, что та потеряла ключи от дома. Гарик не выдержал:

— Мама! Ты же держишь запасные ключи у соседки тёти Люды! Возьми и открой.

— А мой ключ кто-то найдет, придёт ночью и задушит, да? А что, мать тебе теперь не нужна, не жалко!

— Мама, или ты заканчиваешь этот концерт, или мы едем в ресторан, — в голосе сына Маргарита услышала сталь, тут же достала ключи:

— Вспомнила, я же их в сумку положила, а не в карман!

Обед прошёл скомкано, родители, брат и сестра Лизы торопились:

— У нас там за детьми зять присматривает, но он такой рассеянный!

Гарик шепнул молодой жене:

— Это только цветочки, ягодки впереди. Я предупреждал.

Лиза упрямо склонила голову:

— Вот увидишь, она меня полюбит.

Вечером, когда родные уехали, а Лиза с Гариком помыли посуду, Маргарита заявила:

— Завтра едем к Поповым, там и проведем половину вашего медового месяца, — и увидев скривившееся лицо сына, добавила, — И не спорить! А сейчас – спать! Деточка, я тебе постелила в зале.

Лиза начала заводиться:

— Меня зовут Лиза. С вашим сыном я надеюсь прожить много лет, поэтому потрудитесь запомнить. Или я в ответ буду называть вас, — девушка задумалась, — Тёточка! И спать мы будем вместе, если вы забыли, то мы муж и жена. Законные.

— Деточка… — Маргарита осеклась, — Лиза. Сегодня вы будете спать, где я сказала. Завтра дорога долгая, вам нужно отдохнуть хорошенько. Вот приедем туда, спите, как хотите и с кем хотите. А сейчас – по местам.

Лиза решила не нарываться:

— Хорошо, тёточка. То есть Маргарита Васильевна.

Маргарита не обманула, дорога действительно оказалась долгой и утомительной. Сначала ехали на автобусе, потом около пяти километров шли пешком. На моторной лодке их перевезли через Лену, Лизе казалось, что лодка вот-вот перевернется. Но это было первым этапом пути. На том берегу их встретил веселый бородатый дядька на мотороллере с тележкой:

— Маргошечка! Душечка! Красавица! А это кто, неужто Игорёха так вырос? А это его девчуля? Ну, будем знакомы, — он сунул растерянной Лизе ладонь, вымазанную мазутом, — А я Яшка, твой стало быть, новый родственник.

Ехать в тележке было гораздо хуже, чем идти пешком. Лиза с тоской думала, что ведь через две недели предстоит путь обратно… И тогда она первый раз пожалела, что не послушала жениха. А он, как почувствовал, наклонился и прошептал:

— А могли бы сейчас уже лететь в сторону Бангкока…

Наконец, доехали. Веселый Яшка загрохотал:

— В баньку сразу или отдохнете с дороги? – и на ответ «Конечно, отдохнем», спросил, — Где хотите спать? Может, на сеновал полезете? Молодым, наверное, хочется вдвоем побыть!

Сеновал Лиза представляла по-другому. Ей это место казалось романтичным, самое то для молодоженов. Оказалось, это всё иллюзии: было вовсе не мягко, какие-то острые соломинки впивались в бока. А еще там подозрительно шуршало.

— Гарик, а тут есть мыши? Да?! Может, вниз пойдем? Пусть со всеми, но без мышей. Я всё равно сейчас такая разбитая, мне нужно просто выспаться.

Проснулась Лиза в полной темноте. Рядом раздавались громкие звуки: кто-то храпел, сопел, стонал во сне, и это всё были разные люди. Мучительно хотелось встать, пить, в туалет. Но куда идти, было непонятно, где Гарик – тоже.

Девушка еле дождалась утра. Едва услышав, что кто-то ходит, она тоже вскочила. Её встретила незнакомая женщина:

— Проснулась? Спала вчера как убитая, не могли разбудить. Меня Дарьей зовут. Туалет на улице, умывальник тоже, завтрак на столе.

— Я Лиза. А где мой, — Лиза хотела сказать «муж», но смутилась, — Где Гарик?

— Игорёха? Да он решил на сеновале спать, непривычно в общей комнате-то, — женщина улыбнулась, но тут же посуровела, — Ладно, у меня работы полно, некогда болтать. А ты ступай, здесь контролеров нет: хочешь есть – ешь, хочешь помочь – помогай. В общем, делай, чего душа просит.

Душа просила ванны или хотя бы дУша, нормального унитаза, да зеркала в конце концов!

Потихоньку стали просыпаться домочадцы. Их оказалось много, человек 12, не меньше, Лиза быстро сбилась со счета, тут же забывая все имена. Запомнилась только одна девочка, и то потому, что её звали Ванькой. Когда Лиза удивилась, мол, это же мужское имя, Ванька фыркнула:

— Меня Иванна зовут, ясно?

Вскоре явился лохматый заспанный Гарик:

— Ну ты даёшь, соня! Будил-будил, а ты драться полезла. Ладно, сейчас чайку, потом на пасеку пойдем, у Яшки там ульи, хоть посмотришь, как мёд делают, — Гарик хитро улыбнулся, — И вообще, нам пора бы и вдвоём побыть!

Только вот вдвоём побыть им так и не удалось, ни разу за все две недели. Даже на сеновал, который вроде бы был им отдан, постоянно залезали дети:

— Там жарко! А здесь хорошо!

Да что там, в баню вдвоем сходить не давали:

— У нас так не принято!

К концу второй недели Лиза была на грани и говорила мужу:

— Слава Богу, завтра домой, а потом в Таиланд! Вдвоём! И никаких мам, Яш-Даш и прочих Ванек! Не медовый месяц, а бедовый получился!

Не буду описывать обратную дорогу, ничего нового. Уже в квартире Маргариты, приняв, наконец, нормальный душ, Лиза блаженно вздохнула:

— Неужели уже через три дня я увижу море?

Маргарита как раз вышла из своей комнаты:

— Мы увидим.

Лиза, услышав это «мы», подскочила:

— ЧТОООО???

И тут она впервые увидела, как свекровь смеется, искренне, по-человечески:

— Да шучу я, шучу, успокойся. Уж и пошутить нельзя, — Маргарита постаралась сделать серьезное лицо, но не вышло, — У тебя сейчас такой вид, как будто за тобой гонятся дикие пчёлы. Знаешь, Лиза, думаю, мы с тобой подружимся.

…Много позже, лет через пять или шесть, Маргарита призналась:

— И как только ты меня тогда вытерпела? Зато потом медовый месяц в два раза слаще показался, правда, деточка? Прости-прости. Лиза.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.7MB | MySQL:75 | 0,485sec