И пришёл колдун

Крохотная деревенька притаилась прямо на окраине могучего соснового бора. Мощные многовековые сосны-исполины, словно немые стражники деревни, смотрят сурово свысока, что там творится внизу, всё ли в порядке.

А в деревне жизнь идёт своим чередом: вон молодуха с коромыслом на плече по воду отправилась, вон мальчишка-пастушок погнал небольшое стадо своё на зелёные луга, вон кузнец-богатырь взмахнул своим огромным молотом, брызнули снопы искр во все стороны — знатные выйдут подковы для лошадки гнедой, что роет копытом землю рядом на привязи.

 

 

Но не только сосны-исполины видят безмятежную картину эту. В чёрном потрёпанном балахоне стоит на высоком холме колдун. Стоит, опершись на кривую высохшую палку, и смотрит вниз, туда, где в деревне снуют и копошатся люди, словно муравьи. И тошно колдуну. Уже выпил он своего зелья, и требует всё нутро его злых деяний…

******

— Дядька Игнат! Дядька Игнат! — пастушонок Митька несся, спотыкаясь, прямо к кузнице, — Там такое!!!

— Что стряслось, малец? — кузнец отставил в сторону свой огромный молот и вышел из-под навеса, — Мчишься так, будто гонятся за тобой.

— Там… Там… Стадо всё… — задыхаясь, лепетал Митька.

— Да погоди, отдышись сначала, — кузнец зачерпнул деревянным ковшом воды из бочонка, стоявшего возле входа в кухню, и протянул мальчишке, — На вот, водицы испей.

Митька большими глотками осушил ковш и вытер губы рукавом.

— Дядька Игнат, там всё стадо полегло, — выговорил наконец пастушонок, указывая рукой в сторону лугов, — Одна за одной стали падать, пока все не полегли. Так и лежат там, на пастбище.

— Ты вот что, беги-ка до старосты, малой, а я на луг пойду, погляжу, что там, — кузнец вытер почерневшие от копоти руки о тряпицу, и подняв молот, твёрдым шагом направился к калитке. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как абсолютно чистое ясное небо прочертила молния и ударила прямо в молот, и кузнеца отбросило метра на два назад.

— Дядька Игнат, ты живой? — Митька подбежал к распластавшемуся на земле кузнецу и стал хлопать его по щекам.

Кузнец открыл глаза и приподнял голову.

— Что это было? — произнёс он, кривясь от боли, — Что за бесовщина?

— Дядька Игнат, страшно, — Митька испуганно озирался вокруг, — Нечистая сила это.

Кузнец поднялся с земли, держась рукой за бок. Пошатываясь, он зашагал в сторону своей избы. Потом остановился и обернулся к пастушку.

— Митька, слушай внимательно. Беги сейчас до бабки Авдотьи, расскажешь ей, что видел сегодня. А ещё скажи, мол дядька Игнат думает, что колдун старый вернулся.

******

Старая знахарка Авдотья внимательно выслушала сбивчивый рассказ Митьки и покачала головой:

— Неужто вернулся, ирод.

— Кто вернулся?

— Лет тридцать назад поселился в нашей деревне один недобрый человек. На краю деревни жила одинокая старушка, Марфа Тимофеевна. Внезапно заболела она, да и на третий день померла. Только мы поминки справили, как появился этот человек. Я, говорит, родственник Марфин, поживу в доме её пока. Ну и заселился. Только после этого жуткие вещи стали в деревне твориться. Что ни день, то новая напасть.

— А что было-то? — Митька слушал рассказ старой Авдотьи, раскрыв рот, — Как сегодня?

— Было и похуже, — сказала знахарка, нахмурясь, — Я, тебе и сказывать не стану всего. Скажу только, что в канун чего-то плохого бегала ночью по деревне большая свинья и смеялась по-человечески.

— А никто свинью ту поймать не пробовал?

— Как же, пробовал. Вон Игнат и ловил её. До сих пор поди помнит, чем всё обернулось.

— И чем?

— Схватил, значит, кузнец свинью своими ручищами, а ты видел, какие они у него — подковы гнут, как прутики. А та его как подбросит вверх метра на два.

Скрылась свинья в темноте, и только хохот мерзкий ещё слышался какое-то время.

— А куда ж он делся потом, этот колдун?

— Появился тогда в нашей деревне человек один. Он-то колдуна и извёл.

— Что за человек такой? — Митька с жадностью вслушивался в каждое слово бабки Авдотьи, — Откуда взялся он? Что сделал с колдуном?

— Никто не знает, откуда он взялся. Внезапно появился и внезапно исчез. Сказывали, что ходит он по земле нашей и гоняет всю нечисть, что на пути его встанет. Кто-то Чернецом его называл. А что стало с колдуном? Про то мне неведомо. Незнакомец тот велел всей деревне по домам запереться, и на улицу носа не совать. Помню в ту ночь грохот страшный стоял по деревне, а наутро всё стихло. И ни колдуна, ни Чернеца никто больше не видывал.

— А как же нам теперь быть, коли колдун вернулся?

— Есть трава одна особая, что нечисть силы лишает. Коли заявится колдун в деревню, попробуем его обуздать.

******

Тихо ночью в залитой лунным светом деревни. Будто время остановилось, и замерло всё вокруг. Но вот мёртвую тишину нарушил какой-то шорох. По широкой улице бежит свинья. Очень крупная свинья.

— Стой, нечисть! — раздаётся громкий голос из темноты.

На залитую лунным светом улицу из тени выходят люди. Кто держит в руках рогатину, кто вилы. Люди окружают свинью со всех сторон.

Свинья оскалилась, и все услышали жуткое хихиканье.

— Бросайте на нее сеть, — раздался голос кузнеца Игната, и в ту же секунду что-то просвистело в воздухе.

Свинья забилась, запутавшись в сети и упала на бок. Послышался рёв.

В этот же момент в руках Игната появился огонь. Кузнец поджёг пучок травы, который вынул из-за пазухи, и сунул свинье в морду.

— Как тебе, вражина? Нравится?

Свинья, которая уже успела изорвать все сети, вдруг перестала брыкаться и затихла.

— Надолго травы не хватит! — закричал кузнец, держа догорающий пучок травы возле свиной морды, — Несите ящик!

Несколько дюжих ребят уже несли большой металлический короб и тяжелые стальные цепи.

Свинью опутали цепями и положили на дно короба, после чего закрыли тяжелую крышку и повесили на неё два огромных амбарных замка.

— Ну вот, кажись всё, — устало произнёс кузнец, вытирая пот со лба, — Отвезём его теперь к отцу Георгию, пусть он над ним молитвы почитает. Глядишь, поможет.

Откуда-то появилась лошадь, запряженная в телегу. Люди подняли короб, и тут произошло непредвиденное. Раздался раскатистый грохот, и крышка короба резко распахнулась, разметав замки. Те, кто держал короб на руках, бросились врассыпную. Из короба поднялась черная тень, и все увидели старика с горящими глазами. Лязгнули упавшие на дно короба цепи.

— Что, одолели колдуна? — послышался зловещий, походящий на воронье карканье голос, — А ты, кузнец? Тебе всё мало. Пощадил я тебя, когда ты молодой ещё на меня кидался. Теперь пощады не будет!

С этими словами колдун вытянул перед собой руку, и одновременно с этим Игнат почувствовал сильное удушье, будто кто-то невидимой рукой сжал его горло. Кузнец схватился руками за шею и упал на колени. Все, кто находился здесь, на улице, замерли в оцепенении, боясь пошевелиться.

Внезапно из темноты возникла тёмная фигура. В свете луны все увидели высокого, чуть сгорбленного мужчину в длинном плаще. Мужчина легонько ткнул кузнеца ладонью в грудь, и невидимая рука сразу же отпустила горло Игната.

Незнакомец сделал два шага вперёд, и в его правой руке появился сверкающий ярко-синим цветом клинок.

Источник:Яндекс.картинки
— Чернец!!! — взревел колдун, и глаза его вспыхнули огнём, — Зачем явился сюда.

— Ты знаешь, зачем, — голос незнакомца звучал спокойно, но грозно, — Того, кто сломал печать, что тебя удерживала, я уже отправил в преисподнюю. Скоро и ты там будешь.

Незнакомец стал резкими движениями чертить клинком в воздухе знаки. Колдун завыл и затрясся. Тело его, словно повинуясь невидимым нитям стало принимать немыслимые позы. Вокруг старика закружились полупрозрачные тени. В какой-то момент они сомкнулись вокруг колдуна и растворились вместе с ним в воздухе.

— Жив, кузнец? — незнакомец бросил взгляд на Игната, которому уже помогали подняться с земли.

— Я тебя знаю, помню тебя, — с трудом ворочая языком, произнес кузнец, — Ты… Ты такой же, как и был… тогда.

Незнакомец чуть улыбнулся.

— Теперь этот старый разбойник точно уж вас не потревожит более. Теперь-то уж точно, — задумчиво проговорил он, поправил висящий за его плечом дорожный мешок и зашагал в темноту.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.69MB | MySQL:75 | 0,399sec